Завтрашний день будет легче.

Модераторы: Валерия Ильященко, ЮльчиК, Елена

Аватара пользователя
Валерия Ильященко
Сообщения: 2611
Зарегистрирован: Вт окт 26, 2010 8:44 pm

Re: Завтрашний день будет легче.

Сообщение Валерия Ильященко » Чт сен 20, 2012 7:07 pm

Маша Соболева писал(а):Кстати, по поводу Киноленты - я сейчас редактирую, как три части законченные будут сделаны, выложу их, там немного поменяла)
Жду,а то хотела уже спрашивать. Маш, ты совсем забыла про меня,уже все,кто читали секрет пламени прокомментировали последнюю главу, кроме тебя)))Я все еще жду)

Аватара пользователя
Маша Соболева
Сообщения: 603
Зарегистрирован: Вт мар 15, 2011 7:29 am
Откуда: Россия, Омск

Re: Завтрашний день будет легче.

Сообщение Маша Соболева » Ср сен 26, 2012 11:40 am

Прости, пожалуйста, просто у меня уроков столько, вообще ужас... :cry: Даже писать времени мало выдаётся. Но всё уже написала, извини за опоздание ;)

Аватара пользователя
Маша Соболева
Сообщения: 603
Зарегистрирован: Вт мар 15, 2011 7:29 am
Откуда: Россия, Омск

Re: Завтрашний день будет легче.

Сообщение Маша Соболева » Ср сен 26, 2012 11:41 am

Глава 4. Победа.

После второго урока я спокойно брела по коридору. В это время в столовой был обед, на который я никогда не ходила, а все остальные, в том числе и Кристина, убежали кушать. К счастью, половину физики заняло поздравление девочки с днём рождения, из-за чего сорвалась запланированная самостоятельная работа. Я не слишком-то разбираюсь в этой науке, хотя четвёрка стоит вполне заслуженная – «усердием и трудолюбием», как говорила наша учительница, Нина Никитична. Честно говоря, казалось, что она просто жалела меня. И дело не только в дурацкой физике. Она лично разрешила не сдавать деньги в фонд школы, закрывала глаза на «прогулы» и даже стремилась завышать отметки. Прогуливала я очень редко – в жуткие дубовые морозы, стоявшие на Крещение или, когда заболевал кто-то из младших, а мама не могла остаться с ним. Две тысячи я не сдавала, радостно пользуясь своей привилегией. Гордость, это, конечно, здорово, когда тебе не за кого отвечать, кроме самой себя. Но отнимать ради собственного удовлетворения такие большие для нашей семьи деньги у детей было нельзя. К слову сказать, сок и несколько шоколадок от Варнавской я всё же приняла. Одну из них я всё же съела, не удержавшись – это был мой любимый «Киткат» в молочном шоколаде, неизменное лакомство, покупаемое мною для себя! Потом, ругая себя, не вытерпела и расправилась ещё с одной. Хуже всего было то, что я нисколько не испытывала угрызений совести. Хотя, с какой стати? Угостили ведь меня, а не Гришку, которому шоколад не достанется. Стоило появиться этой мысли, как я мгновенно пристыженно покраснела. Хороша сестра, лишила ребёнка последней радости! На моё счастье, у Кристины оставалось ещё около половины праздничного пакета, и заметив, что я собираюсь на третий этаж, чтобы угостить маленьких, всучила в руки полупустую красненькую коробку:
- Держи, держи, угостишь их! У тебя такая классная сестрёнка!
- Я знаю. Спасибо, - никогда в жизни мне не было настолько стыдно. Она, эта хорошенькая девочка из богатой семьи, точно нищей, предлагала мне подарки… А всё потому, что я не удержалась и сожрала две шоколадки вместо одной!
- Только передай, что от меня, ладно? – попросила одноклассница. Я мрачно кивнула головой:
- Хорошо. И спасибо тебе огромное, правда.
- Ой, да не за что, я же знаю, как малыши любят сладкое! – с пониманием отозвалась Кристина, продолжая улыбаться. А я смотрела на неё, такую нарядную, со струящимися блестящими волосами и модными браслетиками из камешков, которые сейчас носили все, и невольно завидовала ей. Нет, не браслетикам, конечно. Не богатству её семьи. И уж точно не её красоте. Мне было обидно, что она могла быть доброй, щедрой, ласковой, а я… А я – нет. Ведь я не всегда была хмурой и стремящейся к одиночеству. Раньше я тоже часто смеялась, любила делиться игрушками и не замечала недостатков окружающих. Это было очень давно, однако… Чем старше я становилась, тем лучше понимала мир вокруг себя и менялась. Становилась жёстче, наращивая плотный панцирь, который защитил бы сердце от боли и переживаний. Постепенно он сросся с ним, и оберегать стало нечего. Я не боялась обидных слов, потому что видела говорившего их как на ладони и знала, что он ничего из себя не представлял из себя. Физическая боль тоже меня не пугала, ведь все раны заживают, а муки рано или поздно проходят. Когда папу забрали, я понимала уже совершенно всё и была готова постоять за свою семью. Той растерянной хрупкой девчушкой с наивными глазёнками, весело игравшую на перемене с подружками, больше не существовало. Разве что моя сестрёнка. Она даже добрее, чем в её возрасте была я, а ведь сохранить душевную чистоту гораздо сложнее. Неизвестно, как, но беззащитной с виду Анюте это удалось. Но не мне. Теперь я стала ещё сильнее – ударить, стоять на морозе, возвращаться под ночь из-за работы, всё это пустяки. Однако улыбаться всем подряд, как это делала Кристина, я больше не могла. И никогда не смогу.
Проходя мимо кабинета Ани, где резвились малыши, я случайно заметила в толпе высокую фигуру, слишком выделяющуюся среди четвероклашек. Обычно старшие классы сюда не заходили, тогда что это значит? Я присмотрелась: высокий, но довольно тощий паренёк в торчащими русыми волосами, из параллели восьмых классов. Раньше я уже видела его в школе, кажется, его звали Русланом… Но меня привлёк вовсе не мальчик. Рядом с ним стояла моя сестра, и притом с таким несчастным и напуганным выражением лица, что я, не раздумывая, бросилась вперёд.
- Что случилось? – я схватила девочку за плечи и чуть нагнувшись, заглянула ей в глаза. Блестящие от солёной влаги, они выражали отчаяние и боль. Такую боль, которая резала моё сердце в тысячу раз сильнее, чем собственная.
- Что такое, Аня? – хрипловатым, как и всегда, во время волнения, голосом повторила я. Аня дёрнулась, точно очнувшись, потом кивнула в сторону Руслана:
- Он… он сказал, что мы нищие… и ещё…
Дальше я плохо слышала, что она говорила. В ушах зашумело, все звуки, сдобренные помехами, смешались в одно. Казалось, что грудь придавил огромный тяжёлый камень, образуя внутри пустоту. Она плакала. Она плакала, потому что какая-то чужая скотина заставила её плакать. Да какого чёрта?!..
- Что, сестрёнку прибежала защищать? – криво усмехнулся парень, свысока глядя на меня – я едва доставала ему до плеча ростом. Проигнорировав замечание, я быстро обернулась к Ане и крепче сжала её руку:
- Иди в класс.
- Зачем? – удивилась та, а я, неожиданно налившимся железом голосом, твёрдо сказала снова:
- Иди в класс. Всё будет хорошо, я тебе обещаю.
- Ладно. – недоумённо девочка пожала плечами, но быстро убежала в класс с подружками. И почему она не могла сидеть там всю перемену? Чего её понесло в коридор, где каждый мог обидеть или ударить? Зачем? Зачем?! Я злилась. Но невозможно постоянно прятаться. Ане хотелось развлекаться, играть, быть как все… Даже вынося насмешки, но всё-таки как все. А у меня не было такой возможности. На мне стояло невидимое клеймо «дочь уголовника и пьяницы», которое заставляло людей избегать меня. Остальные дети были слишком маленькими, их, напротив, все жалели, а вот меня презирали, словно это я тогда ударила ножом человека. Но главное было в том, что я сама могла попытаться стереть это клеймо лишь одним способом – тоже по мере сил зажить обычной жизнью, ходить гулять после школы, хихикать на переменах, просить денег у мамы на косметику… Одним словом, забыть о том, что я делала изо дня в день. Чтобы быть как все, мне пришлось бы бросить младших на маму, а это означает «на произвол судьбы». Она никогда не позаботиться о них так, как я. Иными словами, выбора у меня не было.
Не было.
Именно поэтому только сестра скрылась в классе, как я рывком подскочила к усмехавшемуся парню и со всей ненавистью, на какую была способна, прошипела:
- Какого чёрта ты к ней полез? Что тебе от неё надо?
- Отвали от меня, сумасшедшая! – Руслан с наигранным отвращением выпучил глаза и шарахнулся в сторону, как от заразной. Я не отступала:
- Если ты ещё раз сунешься к моей сестре,…
- Что? И что ты мне сделаешь, а? – засмеялся он, перебив меня. Его смех. Его мерзкая гримаса на лице. Его отвращение к нам. Его манера ухмыляться. Всё это внушало мне такую ярость, что я готова была уничтожить этого самовлюблённого идиота.
- Тогда я сделаю так, что ты сильно об этом пожалеешь, ясно? – громко заявила я, как парень внезапно заломил мне руку назад. Я тихонько вскрикнула от боли, но подавил голос; однако слёзы предательски выступили на глазах, и он это видел. Видел мою слабость… В ту же секунду я оказалась намертво прижатой к стене, без всякой возможности пошевелиться. Что хуже всего – во власти человека, который запросто сейчас мог сломать руку или просто позлорадствовать над болью хрупкой девочки, неспособности вырваться из железных тисков.
- Ну, и кто о чём жалеет? – на этот раз он не улыбнулся, просто смотрел… Смотрел с таким презрением и нескрываем отвращением, словно я была кучей дерьма. Впрочем, в его глазах именно этим я и являлась. Руслан медленно заводил мою руку назад и назад, наслаждаясь тем, как я всё сильнее сжимала зубы, чтобы не завопить от безумной боли. Рука точно горела, разрываясь на сотни кусков. Точно под гипнозом, я глядела на парня и продолжала терпеть мучения, которые прекратятся лишь тогда, когда захочет Руслан. Я не имею права кричать – всё равно никто не услышит, вся начальная школа в столовой, включая учителей. Никто не услышит меня, если только не заорать на всю школу, но… но этого тоже нельзя. Ведь тогда я буду слабой. Даже слабее, чем теперь. Я оглядывалась по сторонам, надеясь, что кто-то придёт, но коридоры были странно-пусты…
- Ну что, нравится? – издевательски поинтересовался парень, а я уже начинала думать, не сломана ли моя рука – настолько сильной стала боль. Казалось, что она вот-вот оторвётся от тела… А ведь прошла лишь пара секунд. И почему я до сих пор ничего не сделала?!
В ту же минуту с меня точно спало наваждение; очнувшись, я резко пнула парня ногой в живот. От внезапного нападение Руслан дёрнулся, однако не замешкался и с силой ударил кулаком в лицо. Перед глазами на мгновение потемнело, а затем вспыхнуло разноцветными искорками, но, не обращая внимания на адскую боль, я закусила губу и стукнула его в ту самую точку в районе груди, умение попадать куда спасало меня – спасло и сейчас. Он согнулся, тяжело закашляв и не устояв на ослабевших ногах, рухнул на пол. Я быстро нагнулась, прижала безвольные плечи к стене и заглянула в точно удивлённые, но по-прежнему злые глаза. Как и всегда – неожиданный удар, который внушает страх и ещё сильнее разжигает ненависть.
- Запомни раз и навсегда, тварь – не приближайся к ним. И никому не посмеешь сказать о том, что тут произошло. Понял? Понял, я спрашиваю?!
Судя по выражению лица Руслана, стоило мне ещё хоть пальцем ткнуть его в сплетение, он бы умер. И потому не мог не кивнуть:
- Да пошла ты!
- Ты понял меня? – железным тоном переспросила я, снова получив в ответ утвердительный кивок. Я опять победила. Только вот важно ли это?
Я вскочила на ноги и медленно направилась в кабинет. Боль, забытая на время, разгорелась с новой силой – руку подёргивало, а по носу сбегала свежая тёплая кровь, к тому же на скуле набух синяк. Прижав к носу платок, я присела на лавочке. Совсем одна, с пакетиком шоколада, который станет обедом моей семьи, с разбитым лицом и сердцем. И никто не подойдёт, чтобы помочь, потому что помощи ждут всегда от меня… У меня нет права кого-то подвести. Я ударила этого мальчика не потому, что испытывала к нему ненависть или желание унизить, а для того, чтобы в следующий раз он не подошёл к дорогому мне существу. Он такой же, как я. Ничем не лучше и не хуже, просто его не жизнь не заставляет его быть безжалостным. Победила ли я? Может быть. Но победы бывают разные, и не всегда тот, кто оказался сильнее, вышел победителем.
***

Аватара пользователя
Diana Mystery
Сообщения: 130
Зарегистрирован: Чт июл 05, 2012 1:11 pm
Откуда: Крым, Симферополь

Re: Завтрашний день будет легче.

Сообщение Diana Mystery » Ср сен 26, 2012 11:11 pm

Пишешь очень жизненно, иногда мелькают опечатки, которые немного сбивают с толку, но я тоже этим грешна =)
По поводу главы. Она очень сильная. Учительница молодец, мало таких понимающих людей. Доброта Кристины и такое отвращение Руслана создали контраст, который заставляет задуматься, что все мы разные, что нас окружают разные люди.
Больше всего меня задело именно описание героини. Какой она видит себя, как не хочет, чтобы ее сестра почувствовала то, что пришлось прочувствовать Наташе. Это было очень сильно.
Признаюсь честно, даже немного прослезилась в тот момент, когда Руслан сказал Ане, что ее семья нищая. Это было очень больно, даже для меня, представить не могу, как эти слова могут ранить невинную душу ребенка...
Продолжай писать, жду продолжения!

Аватара пользователя
Валерия Ильященко
Сообщения: 2611
Зарегистрирован: Вт окт 26, 2010 8:44 pm

Re: Завтрашний день будет легче.

Сообщение Валерия Ильященко » Сб сен 29, 2012 5:18 pm

Вот меня раздражают люди, которые любят цепляться к другим.Учится себе ребенок, что к ней лезть.Эта жестокость в нашем мире просто убивает.Дети ведь берут пример с родителей, с окружения.Вот Руслан и ведет себя как его родители.Дети же, как губки, все впитывают,а негативное быстро цепляться.Наташа такая маленькая,а уже приходиться бороться с этим жестоким миром(((

Аватара пользователя
Маша Соболева
Сообщения: 603
Зарегистрирован: Вт мар 15, 2011 7:29 am
Откуда: Россия, Омск

Re: Завтрашний день будет легче.

Сообщение Маша Соболева » Сб сен 29, 2012 5:36 pm

Спасибо, девочки))
Вот с чем не поспоришь - жестокость действительно стала обыденностью.. Наташа уже как раз не маленькая, ей скоро 15, но чувствует она себя гораздо старше. Кристина, кстати, ещё не раз сыграет свою роль;)
Скоро будет продолжение)

Аватара пользователя
Маша Соболева
Сообщения: 603
Зарегистрирован: Вт мар 15, 2011 7:29 am
Откуда: Россия, Омск

Re: Завтрашний день будет легче.

Сообщение Маша Соболева » Вс сен 30, 2012 9:59 am

Глава 5. Дождь.

По обратную сторону стекла неистово колотятся капли дождя, а потом мощными струями стекают вниз. Ещё немного – и за поворотом покажется до тошноты знакомая остановка. Тогда придётся выйти, в этот холод, в наступающую темноту, в грязную омерзительную слякоть, в осень… Там уже нельзя будет закрыть глаза и прислониться к ледяному окну, чтобы немного поспать. Кажется, во всём мире есть только два места, где я в безопасности – мой дом и, как ни странно, салоны обшарпанных, давно немытых автобусов, которые по-прежнему ездят по самому невостребованному маршруту, несмотря на то, что это нужно от силы двум десяткам человек. Они никогда не переполнены, напротив, «моё» место у окошка всегда свободно, и никто не подойдёт, мешая в спокойные, долгожданные минуты… Всё хорошо. Хорошо?...
Сжавшись в комочек, я с трудом встала с сиденья и на негнущихся ногах вышла из автобуса. Промозглый вечер октября пронизывал каждую клеточку тела, проникая глубоко под кожу. Я посильнее замоталась шарфиком, уткнув туда нос, и безразлично, точно робот, двинулась по первому адресу. На сегодня их всего семь… Семь злосчастных мест, которые нужно посетить за этот вечер. Между тем, мне безумно холодно в слишком лёгкой для погоды куртке и сон смыкает глаза. Но это не самое худшее – особым заданием мне поручили забрать в цветочном магазине букет роз и доставить его в самый центр города. А добираться туда невыносимо долго, да ещё с дурацкими, никак не вяжущимися с образом злой, мрачной девчонки цветами, которые будут ужасно мешать… Неужели в том магазине нет курьера? Разве их некому отнести, кроме меня? Впрочем, наоборот, нужно радоваться – это лишний заработок, и в недалеком будущем этот букет может выручить нас. Нас… Нам-то он, вполне возможно, и поможет, а вот мне? Кто подумает обо мне? Я была далеко не эгоисткой – напротив, обычно забывая обо всём, я не сдавалась ради своих близких и только ради них. Думать сначала о младших, а потом только – о себе, вошло в привычку. Но порой хотелось, чтобы кто-то, хоть один человек на земле вспомнил, что я всего лишь девочка, которой не так давно исполнилось пятнадцать лет. Мне тоже нужно было то тепло, которое я отдавала своей семьей, хотя бы малая его часть. Сознание того, что когда мои силы закончатся, кто-то подставит своё плечо и не позволит упасть. Все считали меня сильной, практически стальной – впрочем, я и сама не раз давала повод. Но разве сила означает безграничное терпение, умение двигаться вперёд без всякой поддержки и усталости? Нет. Проблема в том, что никого это не волновало. Это в инсценировках дают второй шанс, а у меня его нет. Либо мы выкарабкаемся и сможем выжить, либо десятки самых отвратительных вариантов, начиная от детского дома и заканчивая суицидом. Попытки, вторые шансы, инструкции – это всё… это всё сказки, чёрт возьми. А ими тут и не пахло. Тут царил запах сырости, изморози и прелых листьев, а ещё ароматом нежных белых роз, так резко отличавшемся от всего остального.
Цветы… Это замечательные создания. На вид они такие хрупкие и совершенно беззащитные, казалось бы, стоит переломить стебель, измять лепестки – и их красота увянет навсегда. Они… эфемерны, кажется. Я попыталась вспомнить, где слышала подобную фразу, однако не смогла. Но она до безумия правдива. Цветы живут на свете недолго, а в памяти – вечно. То, что они принесли с собой, та нежность и чудесная красота, та радость, когда держишь в руках свежесорванный букетик, это никогда не угаснет. Это я знала по себе. Мы не покупали дорогих изысканных роз, вроде тех, что я несла сейчас в руках, даже по праздникам. Но даже в самых простеньких цветочках – даже обыкновенных ромашках, скрывалось нечто прекрасное. Их нежные оттенки, их ароматы – всё это отчего-то до безумия мне нравилось. С цветами было связано что-то родное и близкое, как будто из детских воспоминаний, когда я была гораздо счастливее и любила собирать около дома яркие пышные букетики. Теперь это всё забыто, однако вид этих растений по-прежнему вызывал хотя бы мысленную улыбку, словно напоминая – всё проходит, и плохое в том числе. И рано или поздно обязательно станет легче…
Я промокла насквозь. Вода струями стекала с совершенно не гревшей курточки и растрепавшейся мокрой косы. Выбившиеся пряди закручивались колечками и противно лезли в лицо, а у меня не было сил вытащить закоченевшие пальцы, чтобы откинуть их. Кожа посерела от холода, а из разбитого в школе носа неожиданно и так не вовремя вновь засочилась кровь. А я-то надеялась, что всё зажило! Не тут-то было… Я не могла даже приложить что-то к носу, поэтому кровь постепенно начала скапливаться на верхней губой и вместе с дождём стекать ниже. Синяк на скуле тоже напомнил о себе, вспыхнув с новой силой и к тому же приобретя тёмно-сливовый цвет. В довершение всего, в животе мучительно заурчало, точно скребло по стенкам пустого желудка. Больше всего на свете мне сейчас хотелось есть… нет, лучше переодеться в сухую одежду, укутаться в тёплое мягкое одеяло и утихомирить боль в носу. Но вместо этого нужно просто идти вперёд, идти, идти, пока я не упаду наконец. Скоро действительно захочется рухнуть в грязную холодную лужу под ногами и уснуть там. Мне стало наплевать на всё, совершенно на всё. Никогда в жизни я ещё не чувствовала себя настолько омерзительно.
А впереди – ещё два адреса и грёбанный огромный букет.
Ещё целых три доставки… Ну, почти две. То, что я наконец-то избавлюсь от самой неприятной мешающей ноши, немного согревало. Осталось совсем немного. И этот день почти закончится, по-крайней мере, его самая мучительная часть… Но и тогда я не освобожусь – дома ждут уроки, притом не только свои, уборка, ужин, который совершенно неизвестно, из чего приготовить… А потом утро, холод, и всё по новому кругу. Завтра, и послезавтра, и постоянно. Но… нужно же хоть чего-то ждать. Делить день на части, проживать их по отдельности, словно стоит закончиться одной – как наступит долгожданный отдых. Так всё же проще. Так появляется слабая тень надежды, способная вытащить из любой пропасти, стоит лишь крепко уцепиться за неё.
Дом, куда нужно было принести цветы, оказался красивой современной многоэтажкой, окружённой кованой оградой. На калитке висела металлическая пластинка с кнопками, вроде домофона, на которой так же нужно было набрать номер квартиры, чтобы попасть внутрь. Наверное, летом на клумбах росли какие-то цветы или просто зелень, но сейчас всё залило водой и засыпало мерзкими мокрыми листьями. Вместо асфальта земля была уложена ровной бежевой плиткой, а к входу вела такая же широкая лестница. Возможно, в другую погоду и в другом состоянии я бы даже восхитилась внешним видом здания, но сегодня просто было не до этого.
Как робот, я медленно поднималась по ступеньках, надеясь просто не подскользнуться. Молча прошла мимо консьержки, сидевшей за стеклянной стеной. Равнодушно нажала на кнопку вызова лифта. Подождав с минуту, зашла внутрь. Нажала номер нужного этажа. Бессильно прислонилась лбом к гладкой прохладной поверхности зеркала. Услышала, как открываются двери. Точно в трансе, позвонила в обитую плотной кожей дверь. Хорошо хоть бы кто-то оказался дома, открыл мне поскорее и…
Судя по звуку, в замке поворачивался ключ. С радостью я подняла глаза и увидела вышедшего на порог парня лет шестнадцати на вид. Оглядев его, я неожиданно вспомнила, что, кажется, часто видела его в школе.
- Да?...
Да, точно, это он дежурил в столовой позавчера вместе с 10 «Б», я была в этом уверена. Это он смеялся громче всех, развлекая своих одноклассников, и вообще, был душой компании. Я ни разу не замечала его в одиночестве – только в компании друзей и всегда с улыбкой на лице. Узнал ли он меня?... Конечно же, узнал. Это стало ясно по первому же взгляду сероватых внимательных глаз, обращённому на меня. И из-за этого мне хотелось провалиться под землю со стыда. Наверное, он с трудом сдерживал себя, чтобы не рассмеяться над моим жалким видом. Мокрая девочка с разбитым лицом и букетом белоснежных роз – это более чем странно и дико со стороны. Пересилив себя, я молча сунула в руки мальчику бумажку:
- Распишитесь, доставка. – голос, как назло, дрожал от стыда. Мне хотелось провалиться под землю или, по-крайней мере, швырнуть цветы на пол и сбежать поскорее. Ну же, смейся, вперёд. Когда знаешь, чего ожидать, становится проще, а от таких, как это парень, хорошего ждать наивно. Но он даже не взглянул на протянутый листок, настойчиво уставившись на меня. Я вопросительно подняла глаза, которые старательно отводила до этого момента. И встретила далеко не насмешку, а… нечто похожее на сострадание. Сострадание, которое чувствовали ко мне единицы.
- Что?... – нервно переспросила я, очнувшись от оцепенения. Парень как будто хотел протянуть ко мне руку, но вместо этого ухватился за листик.
- У тебя кровь на лице… - взволнованно заметил он. – Ты упала? Или что?
Я поджала губы и ехидно хмыкнула:
- Да ладно! А я и не знала, представляешь! Неважно, откуда…
- Ты вообще как ходишь-то? Всё лицо в крови! Заходи, умоешься. – вдруг серьёзно предложил парень, с ещё большим сочувствием скользнув взглядом по моей разбитой щеке. Меня передёрнуло от отвращения, когда я вспомнила, с каким наслаждением Руслан нанёс этот удар. И этот усмехающийся безжалостный взгляд я вряд ли когда-нибудь забуду. Это не только его отношение ко мне… Это отношение в целом, так сказать, общественное мнение – и все мы для других, в общем-то, никто. Тогда почему?...
- Ты серьёзно думаешь, что я зайду? – безразлично улыбнулась на секунду я, забирая бумажку из его рук и передавая букет. Он выглядел растерянным:
- А почему нет? Я тебе ничего не сделаю. Но нельзя же так уходить…
- Мне всё равно. – пожала я плечами. Из квартиры лился тёплый прозрачный свет; я видела огромный шкаф и угол большого бархатного дивана. Ещё пахло чаем и чем-то вкусным, вроде жареной курицы, словно кто-то недавно готовил. Мне безумно захотелось зайти внутрь, в атмосферу уюта и тепла, однако не стоило доверять всем подряд. Я пыталась отвязаться, чтобы поскорее уйти. На улице и так совсем темно, а возвращаться домой часов в десять вечера будет совсем невесело. Но парень остановил меня, не успела я сделать и шага.
- Да подожди ты, куда идёшь-то? Пойдём, промоешь кровь.
- Я же сказала – я не зайду никуда. Разве не ясно? – нахмурилась я. Неужели у меня вид такой дурочки, которая доверяет всем подряд и готова броситься в первую же квартиру только потому, что живущий в ней парень учиться в одной с ней школе? Какая глупость. Нужно быть просто непроходимой дурой, чтобы согласиться. И почему только он не понимал настолько элементарных вещей?
- Стой здесь. Подожди, ладно? – он скрылся за дверью, а я в нерешительности переминалась с ноги на ногу на пороге. Пожалуй, мне стоило тихо уйти, но, во-первых, на лестничной площадке было так тепло, а во-вторых, интуиция подсказывала, что мне ничего не угрожало. Разум утверждал, что надо бежать, пока он не вернулся, и как можно скорее, но я стояла на месте, точно прикованная. И жалеть об этом, к счастью, не пришлось. Парень вышел из квартиры с небольшим клочком, стаканом воды и пузырьком спирта; роз уже не было. Должно быть, у кого-то из членов его семьи сегодня день рождения, и какой-то поклонник прислал свой подарок. По-крайней мере, более разумного объяснения я придумать не могла. А вот понять, почему этот незнакомый парень решил мне помочь, не получалось совершенно. Но так или иначе – сейчас он протягивал мне намоченную ватку, чтобы я могла вытереть кровь. Я наскоро протёрла лицо, наблюдая, как белоснежная вата мгновенно окрасилась в ярко-алый, и тупо уставилась на неё. Это надо же было идти так по улице…
- Спасибо. – вдруг неуверенно улыбнулась я, теребя в руках вату. Парень улыбнулся тоже; странное чувство, что он кого-то мне напоминал, усилилось ещё больше. Дело не только в том, что мы виделись в школе. Но в чём тогда?...
- Ты курьер, что ли? – поинтересовался парень, а я вздрогнула, настороженная таким странным вниманием к себе. С чего это ему так беспокоиться обо мне?
- Ну да. – удивлённо кивнула я, не понимая его мотивов. – А что? Что я вообще тебе сдалась?
- Я тебя в школе видел. Ты с моей сестрой учишься в одном классе. Она про тебя рассказывала, - пояснил он. До меня наконец-то дошло, почему парень казался похожим на кого-то и зачем он возился с моим разбитым носом. Наверное, эта сострадательность у Варнавских в крови.
- Ты… Костя? Брат Кристины? – боясь ошибиться, уточнила я. – Она тоже о тебе говорила. Что тебе нужно?
- Да ничего… Тебе надо помочь, может?
- Мне ничего не нужно. Я пойду? – я начала раздражаться. Так вот в чём дело! Конечно, Кристина поведала своей семью историю своей бедняжки-одноклассницы, и теперь они считают меня настоящей страдалицей. Как же мне надоела эта никчёмная жалость! Я просто пыталась жить, а некоторые «сочувствующие» лезли ко мне, словно полагая, что пара слов поможет справиться со всем.
- Нет, сейчас… - Костя опустил руку в карман, вытащив оттуда пятисот рублёвую купюру. – Это тебе… чаевые.
- Это много. – готовая умереть от такого унижения, выдавила я. Неужели мы дошли до того, чтобы нам подавали милостыню?
- Слушай, бери и не отказывайся, поняла? По такой погоде всякие букеты таскать – это не ерунда. – он силой всунул деньги мне в руку и закрыл дверь, чтобы я не успела возразить.
А я замерла на пороге, глядя вниз, на эту бумажку в моих руках. Только теперь до меня дошло, что я смогу купить что-то поесть, не дожидаясь конца зарплаты. Ещё утром мне так нужна была даже меньшая сумма! Тогда почему практически свалившийся с неба подарок совершенно не радовал?...

Аватара пользователя
Валерия Ильященко
Сообщения: 2611
Зарегистрирован: Вт окт 26, 2010 8:44 pm

Re: Завтрашний день будет легче.

Сообщение Валерия Ильященко » Пн окт 01, 2012 5:36 pm

Мне кажется Наташа слишком помешана на том, что все ее хотят обидеть и унизить, и не понимает,когда люди действительно о ней заботятся.Хотя,это можно понять, девочка очень много пережила.
А мне Костя понравился,думаю хороший мальчик.Маш,а образы героев будут?Хочется увидеть их))))
Как всегда, ты бесподобна!Жду проду)

Аватара пользователя
Маша Соболева
Сообщения: 603
Зарегистрирован: Вт мар 15, 2011 7:29 am
Откуда: Россия, Омск

Re: Завтрашний день будет легче.

Сообщение Маша Соболева » Пн окт 01, 2012 7:04 pm

Тут не помешаться сложно:) Хотя согласна, у неё свои заморочки..
Образов у меня пока только несколько.. Выложу сегодня, ладно:)
Спасиииибо, очень приятно!!)

Аватара пользователя
Diana Mystery
Сообщения: 130
Зарегистрирован: Чт июл 05, 2012 1:11 pm
Откуда: Крым, Симферополь

Re: Завтрашний день будет легче.

Сообщение Diana Mystery » Пн окт 08, 2012 5:16 pm

Согласна с Валерией. Но еще думаю, что девочка слишком горда. Она не хочет принимать помощь именно из-за гордости, чтобы не опуститься до уровня попрашаек...Это лично мое мнение...
Еще не понимаю, почему Наташа видит в людях только что-то негативное. Я думаю. что Костя искренне хотел помочь ей, не из-за того, что она бедна, или из-за того, что Кристина уже рассказала о ее бедности дома.
Отлично пишешь, читаю на одном дыхании, жду продолжения.

Ответить

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 16 гостей